Всё к тому же конкурсу, о каком писал раньше, сделал ещё два рассказа. Тема у обоих — «Кто украл сокровище». Жанр — детектив. Шуточный 
Первый мне не очень нравится, хотя и содержит, как будто бы, подтекст.
(Принцип исключения)Однажды утром в замке Артемия Третьего поднялся страшный переполох. Обокрали казну. Впрочем, сказать так будет, пожалуй, преуменьшением: казну не просто обокрали, её выгребли подчистую. Унесли все шестьсот миллионов золотых, что лежали в огромном котле высотой пять человеческих ростов и шириной четыре разброса рук.
Обнаружил пропажу сын короля, Артемий Четвёртый. С утра пораньше он заглянул в казну взять себе на карманные расходы, и увидел, что вместо золотых россыпей, которые наблюдались в ней ещё вчера, в яме теперь блестели лишь несколько забытых кругляшков да горы мусора на самом дне. Деньги королевства исчезли! Собранные с крестьян в виде налогов, отнятые у соседей во время войн, вырученные с торговли древесиной — богатства были свидетельством мощи и процветания королевской династии. И вот все они пропали, как будто испарились!
Замок поднялся на уши. Горевали все от мала до велика.
— Что же делать, как же быть? — в отчаянии восклицал Артемий Третий, — Казна пуста, а нового побора мне народ не простит! Вот бы найти злодеев!
Немедленно был вызван именитый сыщик Велиогор Дубняк, который уже не раз помогал трону в расследованиях. Только явившись, он сразу же приступил к изысканиям. Сперва он допросил начальника дворцовой охраны.
— Кто дежурил нынче ночью у входа в казну? — спросил сышик.
— Катренко и Перченко, ваше сиятельство, — отозвался начальник охраны, — Это два заклятых врага, они терпеть друг друга не могут. Я всегда ставлю их вместе, они не дают друг другу спать.
Велиогор Дубняк что-то записал себе в тетрадочку.
— Давно у вас работают эти Картенко и второй, как его там? — поинтересовался он.
— Порядком, ваше сиятельство.
— И оба божатся, что от дверей не отходили?
— На библии клянутся, ваше сиятельство. И друг про друга подтверждают. Уж каждый бы рад товарища обвинить, да повода нет — всю ночь не смыкали глаз. Ни скрипа, говорят, не доносилось.
— Быть может, они заснули одновременно?
— Невозможно, я бы заметил это, обходя стражу. Всю ночь они стояли на посту, ваше сиятельство.
Знаменитый сыщик сделал новую пометку в тетрадочке, почесал ус, раздумывая о чём-то, а потом удовлетворённо кивнул своим мыслям.
— Есть ли из казны другие выходы? — задал он ещё вопрос. Других выходов не оказалось.
— Итак, казну ограбили, хотя единственный выход в неё сторожили два неподкупных охранника, — резюмировал тогда Велиогор, — Это вы хотите сказать?
— Я что, я ничего, — задрожал начальник стражи, почуяв в голосе угрозу, — я молчу, я только так, если ваше сиятельство изволите спросить, про то пожалуйста...
Но сыщик уже ушёл. Следующим делом он направился к архитектору замка. Старика звали Порос Лютый, ему было уже за семьдесят, но ум его ещё был ясен. Он сидел в самой высокой башне, в самой холодной комнате, кутался в одеяло и кормил хлебом прилетавших на окно птиц.
Сыщик задал и ему несколько вопросов.
— Можно ли проникнуть в казну иначе, чем через дверь? — спросил он архитектора. Тот помотал головой с редкими седыми волосами:
— Нет никакой возможности, — и добавил с сомнением, — Разве только стену дробить...
— И сколько её дробить?
— Месяца два, да и дырень, вы знаете, получится огромная.
Велиогор Дубняк задумчиво посмотрел в тетрадочку. Стены все были целы, что снаружи, что изнутри.
— А с крыши, например? — спросил он, — Можно ли попасть внутрь с крыши?
Порос Лютый хрипло закашлялся, хлебные крошки выпали из его руки и рассыпались по полу. Сыщик терпеливо ждал, пока тот придёт в себя.
— Нет, — сказал, наконец, архитектор, — это решительно невозможно. Крыша сделана из цельного куска камня. Если проделать в ней дыр, она вся обвалится, и тогда не то, что золоту, а и злодею придёт конец.
— Получается, воры унесли золото не через стены и не через крышу, — пробормотал сыщик, делая заметки в блокноте. Картина происшествия уже складывалась у него в голове.
Поблагодарив старика, Велиогор спустился в казну. Там его ждал король Артемий Третий. Завидев сыщика, он принялся допрашивать его, бегая вокруг и тревожно воздевая руки.
— Вы нашли их? Вы нашли? — спрашивал он, преданно заглядывая сыщику в глаза, — Уже напали на след?
— Боюсь, найти похитителей будет не так просто, — неохотно произнёс следователь, — Но в одном я могу вас утешить, господин король.
— Можете? В чём же? — обрадовался король.
— Я знаю, как украли ваши деньги. — Велиогор сделал паузу, а потом произнёс негромко, но угрожающе: — В полу подкоп!
Король и сынок подскочили в ужасе.
— Не может быть! О боже мой! — заголосили они. Велиогор прошёл в казну, одолжил у кого-то швабру, и принялся простукивать камни в полу. Через минуту нужное место было найдено. На очередной удар раздался звонкий стук, камень выворотили, и под ним разглядели чёрный, уходящий под землю тоннель.
— Господи, какой кошмар! — воскликнул король, — Но лаз такой узенький, как злодеи вытащили за ночь всё золото?
Великий сыщик довольно улыбнулся. И на этот вопрос у него был готов ответ.
— Разобраться в этом несложно, — ответил он, — Уверен, если мы поищем, то найдём поблизости что-нибудь, похожее на сдутый бычий пузырь...
И действительно, в двух шагах от лаза на полу ямы обнаружилась огромная, тонкая оболочка, склеенная из мягкого прозрачного материала.
— Надутая, она занимала большую часть ямы, — объяснял Велиогор королю и его сыну, — а сверху была присыпана монетами. Каждую ночь воры выносили мешок золота и надували пузырь ещё на каплю, чтобы убыток был незаметен.
— Какое коварство! — воскликнул сын короля, Артемий Четвёртый.
— Какая подлость! — вторил ему папа, — Но скажите, откуда вы всё это знаете?
Сыщик довольно усмехнулся.
— Всё просто, — сказал он, — я пользуюсь широко известным методом исключения гипотез. Многие сыщики практикуют его. Достаточно исключить невозможное, и оставшееся, как бы невероятно оно не было, окажется правдой. Проникнуть в казну через стены или вход было нельзя, значит — совершён подкоп.
— А как же вы догадались про бычий пузырь? — восхищённо спросил принц, не спуская глаз с кумира.
— Ещё проще! Золото не могли вынести за ночь, значит — выносили по частям. Никто не заметил, значит — чем-то подменяли, а что можно уничтожить быстрее, чем надутый бычий пузырь?
Отец и сын закивали головами, соглашаясь с рассуждениями Велиогора.
— Как умно и просто! — сказал мальчик.
— Все фокусы кажутся простыми, когда их объяснишь, — пожал плечами сыщик, — Мастерство в том, чтобы догадаться до них самостоятельно.
— Но тогда, — сказал король, — получается, воров уже не поймать?
Велиогор Дубняк печально кивнул головой.
— Увы это практически невозможно. Воры совсем не оставили следов, и если только не случится чуда, выйти на их след не удастся.
— Значит, всё-таки налог, — пробормотал король, делая печальную мину.
Вечером великий сыщик уезжал из замка. Несмотря на то, что преступники не были пойманы, его провожали как победителя — в конце концов, он выяснил хотя бы способ кражи. К тому же, не каждый знал о результатах расследования. Многие из тех, кто встречался у него на пути, с надеждой спрашивали:
— Ну как?
— Увы, — отвечал великий сыщик, — кража раскрыта, но преступников уже не поймать.
— Значит, новые поборы, — тут же мрачнели крестьяне, и спешили сообщать родным и знакомым.
А ночью в тронной зале отец и сын Артемии со счастливым видом обсуждали произошедшее.
— Слава богу, всё сошло с рук, — говорил отец, — Когда он допрашивал начальника стражи, я уж думал — догадается.
— Глупости, папа! — отвечал сын, — Эти сыщики все такие, я про них кучу книжек читал. Принцип исключения, все дела. Достаточно было подговорить охранников и подсунуть бычий пузырь, как уже всё — расщёлкал дело!
— Ну и подкоп ещё, — сказал король.
— Подкоп тоже, — согласился сын, — Хорошо мы с тобой придумали. Если б не слово сыщика, крестьяне бы ввек не поверили в кражу. Свергли бы нас к чёрту за растрату, и не посмотрели бы, что династия. А так — снесут и не пикнут. Ловко вышло!
— Ещё как ловко, — радовался король, слушая его с гордостью, — В папу растёшь!
— Сам в себя расту, — спорил сын.
Тем временем великий сыщик Велиогор Дубняк трясся в карете и поздравлял себя с успешно раскрытым делом.