void

Короткие рассказы

(Но кто же мяукал)Но кто же мяукал?
— Кстати, Шредингер, а что ты сделал со своим котом? — поинтересовался Планк, — Что-то я давненько его не видел.
— Ох точно! Кот!
Шредингер подскочил ко шкафу, отдёрнул занавеску и выхватил оттуда большой чёрный ящик:
— Забыл вам показать! Любуйтесь: макроскопический объект в неопределённом состоянии.
Легонько помахивая коробкой, он протанцевал через комнату и опустил ящик на стол. По комнате распространился отвратительный запах. Эйнштейн зажал нос:
— Какая гадость!
— Ф-фу, что это такое... — поморщился Планк, — Пахнет мертвечиной.
— Это мой кот! — торжественно провозгласил Шрёдингер.
— Ты его убил?!
— Неизвестно!
Эйнштейн и Планк переглянулись. Шрёдингер, не обращая внимания на них, продолжал:
— Внутрь я посадил кота и положил ампулу с ядовитым газом, запутанную на квантово неопределённое событие. Вероятность пятьдесят на пятьдесят, либо ампула треснула и кот сдох, либо он до сих пор жив-здоров.
Физик любовно потряс коробку. Зловоние расползалось всё дальше по комнате.
— Квантово неопределённый котяра мой, — весело похвалил он кота.
— Живодёр, — произнёс Эйнштейн.
— Почему сразу живодёр?
— Кот-то сдох. Вон как воняет.
Шредингер хитро улыбнулся.
— Думаешь, сдох? — спросил он, — Киса, киса, кис-кис-кис...
— Мяу! — раздалось из коробки. Планк и Эйнштейн подпрыгнули. Эйнштейн перекрестился.
— Чур меня! — воскликнул он, — Кот жив. Что же так дурно пахнет?
Но Планк наклонился к коробке, принюхался и покачал головой:
— Там внутри что-то сдохло, это как пить дать.
— Но что-то мяучет!
Шрёдингер довольно улыбался, развалившись в кресле.

— Так продолжаться не может, — вдруг сказал Эйнштейн, — Меня пугает эта неопределённость! Откроем коробку и проверим.
— Стойте! — Шрёдингер вскочил на ноги, — Не надо, вы всё испортите. Как только вы откроете коробку, наша квантовая система запутается с системой кота, и кот сколлапсирует в одно из двух состояний!
— Можно ещё раз, и по-немецки? — ехидно поинтересовался Эйнштейн, — Так, чтобы поняли даже дураки, вроде нас.
— Суть в том, что он либо выживет, либо сдохнет. А вдруг котяра умрёт! Я же этого не перенесу...
— Не надо было опытов на нём ставить, — мрачно ответил Планк, открывая коробку. Он заглянул внутрь и на лице его отразилось изумление.
— Ну что? — взволнованно спросил Эйнштейн. Планк повернулся к физикам.

— Кот жив, — ответил он.
— Кот умер, — ответил он.
— Не может быть! — воскликнул Шрёдингер. Эйнштейн растерянно почесал нос.
— Что же тогда воняло? — спросил он.
— Кто же тогда мяукал? — спросил он.
— Судя по всему, его двойник из параллельного мира, — развёл руками Планк, — Во всяком случае, теперь сомнений в участи кота нет. Для нас его состояние определено.
— Для нас? — Эйнштейн с любопытством посмотрел на чёрную коробку, — Интересно... А что если кто-то точно так же наблюдает за нами? Вдруг наша система — не максимальная? Вдруг для кого-то мы до сих пор — как тот кот — в двух состояниях?
— Глупости, — Планк махнул рукой, — От такой гипотезы для нас никакой разницы.
— Ну глупости — так глупости, — пожал плечами Эйнштейн.
И они принялись тискать чудесным образом уцелевшего кота Шрёдингера.
И они принялись утешать Шрёдингера, потерявшего любимого кота.

Альтернативно:

(Гипотетический эксперимент)Гипотетический эксперимент
— Фу, ну и духота у этого Шредингера в чулане, — пробормотал Эйнштейн, сидя в полной темноте, прислонившись к двери, — Мочи нет терпеть.
Светило мировой науки раздражённо ударил локтём стальную поверхность за спиной. Дверь не дрогнула.
— И угораздило её захлопнуться! — в тысячный раз выругался физик, — Когда уже Шрёдингер вернётся? И чёрт возьми, почему так темно?
Вытянув руку, он пошарил по стене:
— Неужели здесь нет выключателя?!
Щёлк!
Кнопка нажалась, но свет не зажёгся. Вместо этого раздалось тихое шипение, как будто воздух наполнялся газом.
— Что это? — испуганно спросил Эйнштейн, но, разумеется, ему никто не ответил, — Надеюсь, я ничего не сломал? Эрвин мне голову оторвёт!
Шипение перешло в тихий свист. На лбу учёного выступил пот.
— А вдруг это яд? — испуганно прошептал он, — Для каких-нибудь опытов? Зачем я только полез...
Бух!
Что-то тяжело грохнулось с лестницы вглубь подвала и заскребло там по полу. Эйнштейн вздрогнул и прижался к двери, вглядываясь в темноту и силясь что-нибудь разобрать.
— Кто здесь?! — окрикнул он, — Отвечайте!
Комната безмолвствовала. Тихое шипение прекратилось, и наступила полная тишина. Сердце физика колотилось.
— Я ещё раз спрашиваю, кто здесь?! — крикнул он, но ответа не последовало. Тогда, собравшись с духом, Эйнштейн сполз по ступеням. Одна, вторая...
Вдруг его рука нащупала что-то мягкое. Пот выступил у профессора физики на лбу. Он изучил находку, всё больше нервничая; в темноте перед ним сидел человек. Этот человек не подавал признаков жизни.
— Мёртв, определённо мёртв, — пробормотал Эйнштейн, вытирая лоб рукавом, — Боже, кто это? Почему умер? И ещё тёплый — получается, он сидел рядом со мной? Господи, да не Эрвин ли это?
Пошарив руками, физик нащупал лицо погибшего, и стал проверять на ощупь его черты.
— Скулы, лоб... нет, это не Эрвин. У него другое лицо... Брови... усы... постойте-ка!
Эйнштейн замер, поражённый.
— Это же мои усы!
Он ещё раз ощупал растительность на лице покойника, потом на своём.
— Мои усы. И скулы мои. А одежда? — он протянул руку к одежде, — Ну-ка... и одежда моя! Как же это... А! Стоп! Карманы. У меня в кармане мой огрызок карандаша. А здесь...
В кармане мертвеца тоже был огрызок карандаша. Эйнштейн побледнел и отодвинулся от трупа.
— Д-дурацкая шутка, — пробормотал он, — Откуда Эрвин узнал про карандаш? И это дурацкое шипение. Ну я устрою ему...
— Устроишь кому? — донеслось из-за двери. Физик облегчённо вздохнул.
— Эрвин! — воскликнул он, — Господи, где тебя носит! Отпирай дверь!
— Сейчас, сейчас, ключ не могу найти.
— Что за гадости ты хранишь тут?
— Какие ещё гадости? — глухо спросил из-за двери Шрёдингер, звеня ключами.
— Да эти твои кнопки с шипением!
Звон прекратился.
— Кнопки с шипением? — подозрительно переспросил Шрёдингер.
— По левую руку от двери.
— Ты нажал её?!
— Нажал... — нерешительно ответил Эйнштейн, — Не надо было?
— И ты жив?!
Учёный в ужасе уставился туда, где в темноте таилась дверь:
— А не должен быть?
За дверью воцарилось неловкое молчание. Наконец, Шрёдингер ответил:
— Видишь ли, это была кнопка начала эксперимента. Помнишь, я рассказывал тебе про опыт с котом?
Эйнштейн кивнул, хотя никто кивка не видел.
— Я сделал рабочую модель в моём чулане. Нажатие кнопки выпускает ядовитый газ... или не выпускает. Получается, она не сработала?
— Слава богу, нет, — радостно подтвердил Эйнштейн, — Я жив-здоров. Но страху натерпелся! Кстати говоря, у тебя тут в чулане какой-то че...
Он замер, испуганно оглянувшись.
— Что? — спросил Шрёдингер.
— У тебя в чулане какой-то труп, подозрительно похожий на меня, — жалобно закончил Эйнштейн, — Это ведь не я?
— Так-так-так... — растерянно донеслось из-за двери.
— В смысле, я ведь не могу... и умереть, и остаться жив, как тот кот, а? Это ведь гипотетическое построение?
— Так-так-так... — повторил Шрёдингер.
— Эй! Эрвин! Прекрати меня пугать. Это кукла, да?
Шрёдингер молчал. В подвале становилось очень и очень холодно. Эйнштейн коснулся рукой двери, погладил её ледяную металлическую поверхность — она была совершенно реальной, как реален был весь мир вокруг. Как реально было ещё тёплое тело ниже по ступеням.
— Тогда я не знаю, что делать, — обречённо произнёс Шрёдингер, — Я не могу тебя выпустить. Если я открою дверь, ты сколлапсируешь в определённое состояние, и всё будет кончено.
— Что будет кончено?
— Ты умрёшь, — сказал Шрёдингер, — Или не умрёшь. Останется либо труп, либо ты. Что именно — угадать нельзя.
— Но не сидеть же мне тут до бесконечности! — воскликнул Эйнштейн, — Я так или иначе умру без еды.
— И то правда, — пробубнила дверь, — Выбора нет. Ну что ж, приготовься.
— Как приготовиться?
— Сосредоточься, богу помолись! Не знаю! Я отпираю дверь.
Скрипнул ключ в двери. Эйнштейн зажмурился, собрался с духом и сказал себе: «Я реален. Я — реален. Это всё дурацкая шутка. Я — настоящий. Это был чисто гипотетический эксперимент».
Дверь распахнулась. Внутрь хлынул яркий слепящий свет.
— Ну слава богу, — непривычно громко объявил Шрёдингер, опускаясь на две ступени и протягивая руку, чтобы помочь другу подняться, — Трупа, разумеется, нет? Ну и ладно, поверю тебе на слово.
Эйнштейн обиженно молчал. Рука повисла в воздухе. Шрёдингер толкнул физика в плечо:
— Эй, вставай, чего расселся...
В последний момент он почувствовал слабый неприятный запах в воздухе и ощутил, как непривычно легко поддаётся тело.

Разумеется, это физически некорректные рассказы. Кроме того, Шрёдингер вообще придумал своего кота, как способ высмеять квантовую теорию, а не подтвердить её. Другое дело, что, как это часто бывает, высмеять, ссылаясь на здравый смысл, не получилось; физические теории вообще не жалуют здравый смысл. А вот необычный эксперимент запомнился.