Записи за месяц: September 2014

“Мы считаем до десяти”

Это вам не либералов бить и девчонок сажать на 3 года за то, что песню спели:

“Прихожане московской мечети защитили избитого сотрудником мусульманина”
(Толпа кавказцев в центре Москвы окружает автобус с ОМОНом и ревёт “Аллах акбар”, “Сжигаем автобус”, вынуждая отдать задержанного). Посмотрите, такое надо видеть.

Иронично, что это происходит в 200 метрах от Замоскворецкого суда, где как-то раз собрались человек 400 очкариков, девушек и пожилых людей, из которых 200 уехало по автозакам. Этот же ОМОН просто хватал под руки одного за другим и волок, и плевать хотел на законы и протесты.
Потом, в четыре часа утра, люди с машинами стояли около ОВД и просто так, ни за что, отвозили выпущенных по домам. Им завтра было на работу.

А собрались они послушать приговор шести другим ребятам, которые кинули лимоном в ОМОНовца и слишком сильно дёргались, когда их задерживали. Тем людям дали от 2 до 5 лет тюрьмы. Как вы думаете, сколько дадут этим кавказцам?

Я думаю, нисколько.
А 70% страны, как собаки Павлова, продолжают исходить слюной на США и либералов.

Гибридная цензура

Законопроект о 20% доли иностранцев в СМИ принят.

“Да рано паниковать, его же ещё не приняли” “Так уже всё приняли, чего теперь обсуждать. Раньше вы где были?”

Меня спрашивали, а что такого, зачем нам участие иностранцев в СМИ? Это из тех вопросов, которые коротко задать, но долго отвечать, при этом ничего необычного в ответе нет – скорее перечисление очевидных моментов. Поэтому такой вопрос раздражает. Создаётся чувство, что человек не задумывался сам, либо у него в руке бумажка “как тратить чужое время”, либо в его внутренний мир лучше было не заглядывать:

Но один раз я отвечу.

Во-первых, с каких это пор ставятся вопросы “А зачем нам то, что мы запрещаем?” Господа! А зачем запрещать? Мы свободны и живём как хотим, любой запрет – это насилие общества над личностью, с которым приходится мириться. Поэтому у запрета должны быть основания – а не наоборот.

Считаете, что основания есть? Так начните с них. “Надо запретить, ведь…” – и изложите свою точку зрения, а не задавайте вопросы в духе “а почему белое собственно белое?”

Во-вторых, дальше отвечать на этот вопрос не стоило бы, поскольку это – как и надеется спрашивающий – будут попытки угадать все возможные возражения и заранее на них ответить. Разумеется, это невозможно, и спрашивающий оказывается в заведомо выигрышной позиции: он, увернувшись от своей обязанности объяснить, зачем запрещают, будет слушать, как ему объясняют отсутствие причин для запрещения и похмыкивать да подбрасывать дров в костёр: “Неубедительно”, “А вдруг они всё-таки опасны”, “Ну мало ли, откуда ты можешь знать”.

А я и не должен ничего знать. У нас презумпция невиновности. Запрещающий должен не оставить и тени сомнения, что запретить жизненно необходимо, без этого завтра же конец света, и это я должен сидеть и похмыкивать: “Неубедительно”, “Мало ли, вдруг обойдётся”.

Переигрывание, при котором с больной головы эта обязанность ложится на здоровую – не признак грядущей интересной беседы.

В третьих, опасности такого запрета очевидны. Понемногу в стране введён режим “гибридной цензуры” – как с войной в Украине, когда формально война не объявлена и совсем уж открытых боевых действий не ведётся, но оружия и людей всегда посылают ровно столько, сколько надо, чтобы задавить противника.

Как “гибридная война” строится на непризнании участия в конфликте, ограниченном использовании силы и “отпусках”, так и “гибридная цензура” строится на словах о свободе прессы и ограниченном подавлении крупных СМИ “как бы из рыночных причин”. Вот её компоненты:

  1. СМИ, принадлежащие госолигархам – прямой контроль.
  2. СМИ, принадлежащие российскому капиталу – либо сами понимают, о чём нельзя писать. Либо олигарху намекают, что их нужно выпороть (см. Ленту-ру). Либо им выносят несколько предупреждений и закрывают.
  3. СМИ, принадлежащие упрямому российскому капиталу, который и закрыть нельзя (вконтакте) – отнимают.
  4. Самоокупающиеся СМИ – им обрезают способы заработка. Компании из пунктов 1 или 2 перестают с ними работать – так было с Дождём, в результате канал потерял 70% аудитории. Стали зарабатывать на подписке – тут же закон о том, что либо подписка, либо реклама.
  5. СМИ/организации, работающие на пожертвования – усложняют правила перевода пожертвований.
  6. СМИ, использующие иностранный капитал – это просто запретить. То есть, не запретить, а снизить до 20%, чтобы прожить на это было нельзя. Плюс закон об “иностранных агентах”, чтобы можно было закошмарить проверками.
  7. Блоги и другие интернет-СМИ, которые бесплатны – взять под контроль. Обязать регистрироваться как СМИ, подчинить законам о клевете, о запрете экстремизма, защите детей, под которые можно закрыть что угодно. Угрожают блокировкой, а несговорчивых блокируют.

Таким образом, все способы массового донесения информации управляемы. Но вроде как бы “закона о цензуре” и не ввели. Война не объявлена, а танки – этих не было, об этих мы ничего не знаем, а эти на вашу территорию случайно зашли, отдайте их, пожалуйста.

Важная деталь “гибридной цензуры” – действовать как можно мягче. Зачем запрещать, если можно ограничить финансирование? И вот уже телеканал загибается от естественных капиталистических причин. Зачем ссориться, если можно вынести предупреждение, и хозяин сам всё поймёт и сменит редакцию? Для этого и нужна богатая палитра законов “как бы только на коготок”.

Ну и в конце концов, если вас читает полторы тысячи человек, вас вообще не надо блокировать. Пишите что хотите! А мы сможем сказать, что цензуры нет, вот же у вас целая куча непосещаемых сайтов – вы просто никому не нужны! А на самом деле все посещаемые сайты просто задавили, и дальше будут давить, как только новые появятся.

Закон про “запрет иностранного финансирования” и сам по себе нелеп – почему? С чего бы это? А Russia Today кем финансируется на западе – деньгами американцев? Но главное, что и у законов, и у вопросов есть контекст. Этот закон не просто кирпич на пути у капитала – он кирпич в стене из других таких же кирпичей, на каждый из которых было сказано “ну и что такого”, “но это же не цензура”, “а зачем нам это вообще нужно”, “ну и что мы можем сделать”.

И каждый кирпич лёг на своё место в стене.

Поэтому те, кто сейчас в тысячный раз задают такие вопросы – либо издеваются / действуют по методичке, либо не видят за кирпичами стены. Либо считают, что стены – это нормально, возможно, просто ещё не сознавая этого.
Либо только что проснулись. В таком случае, с добрым утром.

А на вопрос, что мы можем сделать, я отвечу так: чётко отдавать себе отчёт, что происходит. Не искать оправданий. И возмутиться, господа, возмутиться. Давайте не жалеть свои нервы и пребывать возмущёнными, а то человек устроен так, что если не возмущается, то скоро начинает привыкать и оправдания находить.

Бонус: Слив Шалтая-Болтая о том, как мэрия Москвы проплачивает материалы в газетах:

Марш мира

Был на “Марше мира”. Народу было примерно как в прошлый раз, но теперь пришло много титушков. И без георгиевских лент их можно отличить по лицам: у кого лицо битое, хмурое, презрительное, к гадалке не ходи – активист Новороссии. У кого интеллигентное, чистое, наивное, это оппозиционер за мир пришёл.

Драк почти не было, видно, Топаз не дал команды. Милиция нормально работала, не пуская людей с лентами через турникеты, хотя часть спрятала ленты и прошла, конечно. Придя заранее, я послушал разговоры: титушки говорили “О, нас нормально тут, прямо чувствуешь себя в своей стране”, “Кто ещё этих скотов остановит”. Вот такие дела в нашей стране.

Но, в общем, марш прошёл нормально.

В СБ РФ обсудят отключение интернета от глобальной сети

В Совете безопасности РФ обсудят возможность отключения рунета от глобальной сети

В итоге планируется принять несколько решений, укрепляющих суверенитет российского сегмента всемирной сети. В частности, может быть введен особый порядок управления интернетом, предусматривающий возможность отключения России от глобальной сети.

Учения, проведенные Минкомсвязью, показали, что рунет уязвим, и сейчас обсуждаются меры по минимизации рисков, в том числе и возможность временного отключения рунета от внешнего мира, подтвердил сотрудник спецслужб.
ИТАР-ТАСС

Чтобы не утруждать граждан с методичками, сразу пишу все ответы: “Рано паникуешь, закон ещё не приняли”, “А чего такого, это же только на крайний случай”, “А зачем нам вообще подключение к глобальной сети, вот скажи”, “Вот и хорошо, будем собственный интернет развивать”.

Не больше 20% иностранного капитала в СМИ

В Кремле поддерживают законопроект, предусматривающий ограничение степени участия иностранного капитала в российских СМИ до 20 процентов

Следите за руками:

1. Иностранного капитала не более 20% (т.е. ничего не решает).

2. Русский полностью контролируется правительством. Достаточно только намекнуть, как мы видели с лентой-ру, например.

3. Бесплатное СМИ, новостной сайт в интернете – это всё равно СМИ, если есть 3000 подписчиков. И неважно, где оно расположено, если пишет на русском.

4. Поэтому любой иностранный новостной сайт на русском (например, украинские СМИ) априори противозаконен. Весь внешний интернет вообще можно свободно банить, если что-то не нравится.

Ну а любой русский и так берётся в оборот на раз.
Скоро на русском вообще без разрешения будет нельзя писать.

Малайзийский отчёт

Голландцы выложили предварительный отчёт по сбитому Боингу (англ.). Краткие результаты:
1. С самолётом всё было в порядке.
2. Ни на какой “другой курс” его не переводили.
3. Снижаться ему никто не приказывал.
4. Никаких самолётов президента рядом не было.
5. Было три других пассажирских лайнера, ближайший в 30 километрах. О боевых самолётах ничего не говорится.
6. Все переговоры диспетчеров (и Днепропетровского, и Ростовского) приведены и вполне обычны.
7. Чёрные ящики в порядке, следов подделки нет.
8. Содержимое согласуется с переговорами диспетчеров.
9. До последней секунды в ящиках обычные переговоры, штатный полёт. Никаких “к нам заходит истребитель на хвост”. Никаких сообщений о проблемах, запись просто обрывается, самолёт был уничтожен мгновенно.
10. Самолёт был уничтожен “многочисленными мелкими высокоэнергичными объектами, летящими снаружи”, с передней части, выше носа самолёта.
11. Немедленно отвалилась кабина, остальное продолжало лететь, развалившись ближе к земле.

Всё это было очевидно с первых дней, но с большинством пунктов кто-нибудь из защищателей да спорил. “Подождём, что скажет комиссия”.