Записи за месяц: July 2014

Наугад по городу

Какие-то люди отправили денег на помощью воинам Новороссии. И попросили, чтобы за них по фашистам стреляли именными снарядами. И вот воины Новороссии на видео исполняют это пожелание, стреляя по городу Шахтёрску, который занимают.

Это даже не смешно, настолько это бред.

Аргумент отчаяния

“Ищи, кому выгодно” – это хорошее соображение при поиске улик, но не улика само по себе. Если вас застукали с ножом над убитым, слова “но мне незачем его убивать” могут разве что посеять слабые сомнения, но не оправдать вас в глазах суда.

Тем более, когда речь идёт не о мотиве (“зачем мне нужно было стрелять в дворецкого”), а о результате (“зачем мне нужно было оставлять отпечатки пальцев, следы ботинок, попадать на скамью подсудимых и садиться в тюрьму”). Разумеется, никто не хочет садиться в тюрьму! Но отпечатки пальцев люди всё-таки оставляют.

В такой форме “ищи, кому выгодно” – это вообще не аргумент. Почему? Ну потому, что в любом расследовании виновному невыгодно быть виновным :) Это такой аргумент отчаяния. “Подумайте, кому выгодно, чтоб виноват был я? Конечно, не мне!!”

Это не считается

Частая логическая ошибка – называть источники информации недостоверными, не поясняя, что же тогда достоверно. Например:

“Социальные сети – это не доказательство”.
“Этим блоггерам я не верю, они всегда пишут гадости”
“Украинские СМИ скажут! Им верить нельзя”.
“Ну разумеется, США подтвердило…”

Ну а что тогда годится-то? Только ИТАР-ТАСС и Минобороны? Если так поставить вопрос, обычно видно, что человек зачёркивает всё подряд, что может его опровергнуть. Он хочет однобокости: чтоб достоверными считались только источники, которые заведомо за его точку зрения.

То же самое с доказательствами. Что считать убедительным – лукавый вопрос: к любому доводу можно придраться, если достаточно растянуть совесть. Преступник признался на камеру? Его заставили. Президент согласился? Геополитическая ситуация вынудила.

“Ну а что тогда тебя убедит?” Если так поставить вопрос, обычно выясняется, что ничего: человек зачёркивает любые доказательства, которые идут против. Он и не собирается ничему верить.

Чтобы не попадаться в эту ловушку, сомневаясь в источнике информации, надо задавать себе вопрос: “Хорошо, а какой источник меня устроит?” “А какие доказательства и от кого меня переубедят?”
– А может ли в этих источниках вообще появиться какая-то критика?
– А насколько вероятно, что появятся такие доказательства, каких я прошу?

Например, если ваш выбор источников ограничен друзьями подсудимого, а в качестве доказательства вы примете только чистосердечное признание, то очевидно, что никогда вы его вину не установите, даже если она есть.

Всю ноч долбили по Украине

Вчера призывники нашей армии в очередной раз спалили контору, сообщив:



Подсказываю: “это ещё ничего не доказывает”, “нужно подождать, пока пройдёт расследование”, “по телевизору сообщили, картинка состыкована из 3-х постов, а в это время над Украиной пролетал американский спутник”.

Иногда мне кажется, что в головах у людей прямо буквально записано “я верю во что угодно, лишь бы мы не были виноваты”. Я бы мог понять, если бы один говорил мне “самолёт сбили истребители”, другой “американский спутник”, третий “украинский бук”. Это всё бредовые версии, у которых нет никаких подтверждений, но по крайней мере, это связные версии.

Но люди ведь повторяют всё сразу. “Там засекли два самолёта, и у украинцев тоже есть буки, и сверху пролетал американский спутник, и ещё я читал что-то про диспетчера”. Они не спорят не за какое-то конкретное объяснение, а за то, что “не всё ещё однозначно”. “Ещё не факт, что мы виноваты, я ещё могу верить в свою правоту”. То есть, это весовое мышление: много чепухи перевешивает одну правду, ведь её много!

HOWTO: Assign checkable TAction to TSpeedButton

To make TSpeedButton work with TAction.Checked when it’s a singular option (either On or Off), make sure that at design-time:

SpeedButton.Action = Action
SpeedButton.GroupIndex = 0
SpeedButton.AllowAllUp = true
Action.GroupIndex = 0
Action.AutoCheck = true //only if you need AutoCheck

Then add this to FormCreate:

SpeedButton.GroupIndex := 17; //any non-used group index

SpeedButtons are linked to Actions through TSpeedButtonActionLink. It only updates their Down property if AllowAllUp is set and SpeedButton.GroupIndex property is NOT 0.

But when Action is linked, SpeedButton.GroupIndex gets rewritten by Action.GroupIndex on load.

And if Action.GroupIndex is 0 because it’s a singular option, then no matter what you put into SpeedButton.GroupIndex at design-time, it’s going to be rewritten with 0 at load, so TSpeedButtonActionLink does not update Down property.

The simplest solution is to set SpeedButton.GroupIndex to something in FormCreate.

IELTS

Сдал IELTS на 8/9: Reading 9/9, Writing 8.5/9, Listening 8/9, Speaking 6/9.

Reading, Writing и Listening проходят в один и тот же день, подряд, Speaking отдельно – у меня на день раньше. Начну с хорошего: Reading моя особая гордость, поскольку на него отводится час; за 20 минут я сделал все задания, ещё 10 минут проверял их вдоль и поперёк, и оставшиеся полчаса мне было просто нечего делать. Впрочем, гордиться этим, конечно, нечего, экзамен и правда простой: прочёл – ответил.

В части Writing надо было написать два текста в свободной форме: письмо другу из другой страны, к которому собираешься в гости (обсудив ряд предложенных тем) и критическую заметку на тему “мобильники полезнее в быту или на работе”. Уложился ровно в час, писал свободно и много. За что пол-балла сняли – не знаю, может, им моя интернет-грамматика не понравилась (обороты типа “they just had to.” – джентльмены на to предложения не заканчивают).

Listening в принципе был несложным (хотя в сравнении видно, что и Listening на JLPT не сильно отличался по сложности), но один вопрос из 40 я просто проморгал – весь ответ на него содержался в коротком предложении длиной 5 слов – и, видимо, ещё в 2-3 ошибся, были там неоднозначные ответы.

По Speaking результат самый стрёмный (впрочем, это всё равно Competent User), видимо, за акцент и за то, что в паре вопросов мямлил. Например, мне задали вопрос “расскажите, как в России общество относится к детям?” Блин, ну как относится? Как к детям! – “А что это значит?” И я запнулся и стал жевать предложения и подбирать слова, не зная, что сказать.

На самом деле я и в русском на этот вопрос не отвечу. У меня нет никаких особых мыслей на этот счёт. Это просто дурацкий вопрос. Но вот интересная особенность мозга: русский я знаю твёрдо, поэтому когда попадаю в тупик, мозг заключает: это не слов не хватает, это тебе просто сказать нечего. А в английском я не вполне уверен, и в той же ситуации мозг хватается за другое объяснение: тебе не хватает слов, ты затрудняешься сформулировать мысль – пробуй, ищи. Хотя на самом деле причина та же: я вообще не знаю, что тут можно ответить. Нельзя найти слова для формулирования отсутствующей мысли.

А если бы перед экзаменом я прочёл инструкции, то знал бы, что можно сказать “I don’t really have much to say on this topic”, и тебе дадут другую тему.

Ну ладно, в общем, оценки достаточно честные. Пожалуй, по Speaking за технику я хотел бы 7, но техника техникой, а опыта у меня мало, так что всё справедливо.

Vehicle &

Книга от автора “Квалии”, потому её и заказал. Однако читается хуже, язык сложнее, и в конечном счёте отдачи меньше.

Повесть – о подростках, которые пилотируют огромных человекоподобных боевых роботов, только роботы – это сами подростки. С помощью специальных биодобавок, которые во всём как наркотики, но не наркотики, человек погружается в подсознание и видит себя в кабине Евангелиона или в кресле автомобиля, а информация выводится ему на дисплей. Вместо речи – текст на экране, вместо неясного ощущения “кто-то идёт за мной следом” – точка на радаре. Эмоции отключаются, а телом можно управлять совершенно механически – не чувствуя страха, боли и усталости, вернее, получая о них отстранённые уведомления. Однообразные действия можно программировать, а когда надо – брать ручное управление и выкладываться по полной или дейстовать предельно точно – в режиме vehicle почти не совершают ошибок. В общем, ребята пилотируют сами себя.

По легенде книги, эти биодобавки вообще-то лекарства: никто не знает, почему, но однажды все дети на свете стали рождаться эмоциональными калеками. Например, герой не разбирает чувств сильнее некоторого предела – все они для него просто жар. Кто-то разбирает, но не способен их контролировать, у других врождённая синестезия – они воспринимают музыку, притяжение, пространство, человеческие поступки не так, как все, а каким-то своим особым образом, вроде того, как в кокпите vehicle слова отображаются на экране текстом. Это особое восприятие кому-то приносит пользу, а другим просто мешает.

Чтобы подавить его и как-то позволить детям вести нормальную жизнь, взрослые и придумали биодобавки (переименовав для этой цели, видимо, какие-то наркотики). Но дети были не лыком шиты, и намешав одного с другим, получили опытным путём разновидность зелий, которые вызывают управляемую, нужную им синестезию. Обретёнными таким образом слабоумием и отвагой хладнокровием и рассчётливостью а также способностью задействовать ресурсы тела на полную подростки меряются в уличных гонках на самих себе, задача в которых – добраться от точки А в точку Б, прыгая с забора на забор и с крыши на крышу. Жизни одного такого подростка, а также его попыткам разобраться в собственных чувствах (которые сломаны, и потому никаких особых чувств у него нет) и посвящена книга.

Общего с “Квалией” – то, что картинки в этом ранобе явно лишние. Автор со странным именем Уэо не пишет того, о чём не думает, иными словами, всё, о чём он пишет, неважно, захватывает оно или смущает – сложное, рассудочное, а не картинно-происшественное. Нечего иллюстрировать и в сиренево-звёздной научной фантастике “Квалии”, и в уличном мире гонщика Канами Хатори, который чувствует, что в его жизни чего-то нет и никогда не будет, как четвёртого цвета для существа с тремя типами колбочек в глазу. Картинки полезны в книгах с “обязательными сценами”, между которыми, как на столбах электропередач, висит сюжет, а в “Квалии” и в “Vehicle” либо обязательных сцен нет, либо каждая сцена обязательная, либо суть вообще не в сценах, чёрт его разберёт. И хотя этого не заметно во время чтения, но в другом, уже совсем не фантастическом ключе, автор опять касается вопросов восприятия и того, как мы о них не задумываемся.

В остальном на “Квалию” мало похоже. Ясной завязки-кульминации-развязки нет, сеттинг очень сложный и плохо использованный – это даже не батарея чеховских ружей, а просто минное поле или оружейный склад или зона боевых действий, где все вооружены, но ничто и не думает стрелять: на фоне огромных, глубоких, до конца не объяснённых декораций нам рассказывают по сути какой-то случайный отрывок из жизни глухонемого, который мучается тем, что глухонемой. Итога и морали нет, и мне даже показалось, что книга скатывается в фарс, хотя из-за её общей психологичности и неоднозначности сложно понять, фарс это, или какой-то хитрый способ сказать что-то важное о душе героя. В целом читать было скучновато, и никакой награды за терпение в конце нет.

Ну что ж, по крайней мере, наше оружие хорошо работает.

Труп ребёнка, валяющийся на грядке, я, пожалуй, постить не буду.

Ну что, допрыгались?
Допоставлялись оружия бандитам?

Обломки самолёта

Донецкие ополченцы захватили военную часть противовоздушной обороны А-1402. Пункт ПВО является одним из подразделений ракетных войск и оснащен самоходными зенитно-ракетными комплексами “Бук”.

Потому, что патриотизм такой патриотизм!
Потому, что наша страна не делает ничего плохого, блин!
Потому, что если посмотреть трезво, мы от всего этого только выиграли.

Потому, что если врать себе, если оправдывать мерзости, то это как раз и есть мораль, это как раз и есть патриотизм, мы же это тысячу раз проходили, фашисты в Германии были уверены, что они патриоты охрененные и всё правильно, и им газеты сказали, что они воюют с плохими, что если не их фюрер, то кто, что это не они жгут евреев, а это они как-то сами жгутся, что всё это дезинформация запада, который только и мечтает развалить великий Третий Рейх, что все снаружи только и молют быть спасёнными и захваченными, а самолёт с 80 детьми сбили русские или американцы, ну не мы же, да? мы же не можем быть виноваты!

– Значит, это чернухинские сбили самолёт… С Чернухинского блок-поста. Казаки, что на чернухинском стоят. Значит, самолёт рассыпался в воздухе. Первый двухсотый, нашли первого двухсотого. Гражданский.
– Короче, блин, стопудово гражданский борт.
– Понятно. А это блин, народу много там?
– Да пиздец. Обломки прямо во дворы падали.
– Борт какой?
– Да я ещё пока не разобрался потому, что я ни был возле основной части. Я только вот смотрю там, где начали первые тела падать. Там остатки внутренних кронштейнов, кресла, тела.
– Из вооружения есть что-нибудь?
– Вообще ничего. Гражданские вещи, медицинские ошмётки, полотенце такое, туалетная бумага.
– Документы есть?
– Да. Индонезийского студента есть.
– По самолёту этому сбитому в районе Тореза. Это оказался пассажирский, упал в районе Грабово, там море трупов, женщин и детей.

На самом деле не так важно, что убили эти 300 человек. За время войны убили больше. Скорее всего, счёт уже идёт на тысячи. Этот сбитый самолёт – это просто эмоциональный факт, который, может быть, пробьёт бессовестную броню сотен тысяч закрывших глаза. Сотен тысяч тех, кого “всё устраивает”.

Важно то, что для реализации геополитических задач мы развязали войну в стране самого близкого нам народа на планете. Мы оболгали их, и 95% радостно лжи поверили. 95% с удовольствием начали мечтать о том, как мы накажем украинцев, и верить любому пошлому бреду, сладостно воображая, что так и было – что детей распинали на центральных площадях и вырезали всё мужское население.

Мы поставляли оружие, танки, грады, теперь и буки, из которых кроваво убивали наших братьев, смешивали с землёй, рушили семьи, лишали жён – мужей, детей – отцов. Из которых обстреливали мирные города, а потом валили в российском телевидении на украинскую армию, приговаривая, что она распинает детей и режет парней. Мы обстреливали со своей территории зажатые между молотом и наковальней украинские части, и устраивали скандал, когда отдельные снаряды в ответ залетали к нам.

Сотни и тысячи убитых солдат и мирных жителей – вот, что важно.

А самолёт со сбитыми тремястами – это неважно. Это случайность. Его могли сбить и украинские вооруженные силы – со всей очевидность не сбили, но могли. Никто не застрахован от катастроф там, где идёт война.
Виноват тот, кто развязал войну.

О рейтингах

Опросы “какое аниме вам больше нравится” стоит проводить с обязательным дополнительным параметром “сколько лет вы смотрите аниме / сколько аниме уже посмотрели”.

Недавно какой-то сайт выкладывал рейтинги популярности аниме среди девушек, и первым то ли вторым там был Sword Art Online. Ну, САО хороший сериал, и парень там во всяком случае не обычный гаремный школьник, так что может в нём и есть что-то притягательное для девушек. Я отметил это себе и пошёл своей дорогой.
Но вскоре я наткнулся на другой рейтинг, популярности героинь среди сильного пола, и там на первом месте была Асуна. Так вот оно что!

Разумеется, Асуна даже близко не самая интересная девушка в аниме. За неё голосуют потому, что САО популярен, вот и всё. Его все смотрят, поэтому его все смотрят. Когда человек в жизни смотрел 4 аниме-сериала, естественно он в списке для голосования отметит галочкой единственный знакомый пункт. Чем меньше голосующие смотрели, тем больше рейтинг “понравилось” становится рейтингом “вообще смотрел”.

Получается, текущие рейтинги всегда отражают не качество аниме и не вероятность того, что оно понравится, а просто вкусы нынешней волны молодёжи, пришедшей в аниме полгода-год назад. Потом волна схлынет, из сотни тысяч останется 8-10 тысяч завсегдатаев, которые может и могли бы теперь что-то сказать, но их заглушает следующая волна с их следующим “первым в истории” аниме про пацана с рукой, которая глушит магию.

Поэтому нужно делить голоса на классы: новичок (1-16 аниме), любитель (17-64), опытный зритель (65-256) и маньяк (>256). Причём если смотришь аниме меньше полугода, то всегда новичок; меньше года — всегда любитель; меньше трёх лет — всегда опытный зритель, поскольку некоторые умудряются три сотни сериалов за год посмотреть, но вкус с такой скоростью меняться не успевает.
И либо придавать старшим классам существенно больший вес (в десять-пятнадцать раз больший), либо вообще считать их по отдельности. Один рейтинг “что сейчас в моде у молодёжи”, другой – “что нравится постоянному зрителю”.